?

Log in

No account? Create an account

И вечный бой, покой нам только снится, сквозь кровь и пыль, летит степная кобылица и мнёт ковыль...

[reposted post]Время было не играть «Лебединое озеро», а петь «Вставай, страна огромная»
msmyslov wrote in eot_su
reposted by nihga

Иллюстрация с сайта rossaprimavera.ru

18–21 августа 1991 года вошли в историю России как «августовский путч». Но стоит отметить, и военная прокуратура, и суд признали, что заговора с целью захвата власти — а значит и путча — не было.

Новоогарёвский процесс предполагал подписание нового договора между ставшими суверенными республиками Советского Союза и, как следствие, развал СССР.

О событиях 28-летней давности в интервью корреспондентам ИА Красная Весна рассказал доцент исторического факультета СПбГУ, протодиакон Владимир Василик

Читайте дальше: https://rossaprimavera.ru/article/e9235378


[reposted post]БЫЛ ЛИ ХАЧАТУРЯН НАСИЛЬНИКОМ?
Суть времени, friend, френд, Андрей Малахов ЖЖ, друг
friend wrote in rvs
reposted by nihga


Теперь это, возможно, не будет установлено единственно правомерным способом - судом. Следственный комитет отказался возбудить уголовное дело в связи с возможным насилием со стороны Михаила Хачатуряна.

Пресса подаёт это в трактовке адвоката убийцы: дескать, следствие признало убийц жертвами. Якобы это можно увидеть из текста. Конечно, адвокат ищет зацепки, это его работа. Но суть постановления ровно противоположная: это теперь не будет доказано судом.
Read more...Collapse )

[reposted post]Полгода применения «закона о шлепках»: криминализация семьи удалась!
РВС
antismith wrote in rvs
reposted by nihga

День семьи, любви и верности

[Криминализация домашнего насилия, о которой грезят лоббисты уже случалась - в 2016 году, когда был принят "закон о шлепках". Апологеты криминализации тогда, как и теперь уверяли, что это приведет к снижению насилия, что никто не уйдет безнаказанным... Но результат был противоположным - увеличилась доля ненаказанного насилия в отношении чужих людей при увеличении вмешательства в семьи по доносам. В 2017 году "закон о шлепках" был отменен, но лоббисты хотят повторения. Что за эксперименты на семьях с предсказуемым заранее известным результатом?]

В июле 2016 года вступил в силу закон № 323-ФЗ от 03.07.2016 г., устанавливающий новую редакцию ст. 116 УК РФ, криминализовавшую российские семьи. Прошло полгода, и нужно подвести первые итоги — как новая редакция изменила ситуацию с побоями в нашей стране.

Тревога общественности по поводу криминализации семьи новой редакцией ст. 116 УК РФ состоит в том, что за малейшие физические воспитательные наказания близкие лица будут нести уголовную ответственность, в то время как неблизкие лица ответственности за совсем не воспитательные побои будут избегать.

Напомним, кого законодатели решили считать близкими лицами: «Под близкими лицами в настоящей статье понимаются близкие родственники (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные (удочеренные) дети, родные братья и сестры, дедушки, бабушки, внуки), опекуны, попечители, а также лица, состоящие в свойстве с лицом, совершившим деяние, предусмотренное настоящей статьей, или лица, ведущие с ним общее хозяйство».

Для анализа изменения ситуации активистами РВС была проделана большая работа. На сайте sudrf.ru были отобраны приговоры со всей страны (85 субъектов Российской Федерации за исключением Чукотского автономного округа, документов из которого нет на сайте), содержащие ст. 116 УК.

Динамика приговоров и постановлений по ст. 116 УК РФ

График демонстрирует полное число приговоров и постановлений о прекращении уголовных дел, найденных на сайте sudrf.ru за каждое полугодие с 2011 по 2016 год. Можно видеть в целом снижение судебных актов, содержащих ст. 116 УК РФ со временем. Резкое снижение наблюдается в 2013 году. Также число приговоров и постановлений о прекращении дел упало в два раза во II полугодии 2016 года после криминализации российских семей новой редакцией ст. 116 УК РФ.

Сбором данных занимались активисты РВС. Было изучено около 2,7 тыс. постановлений за I и II полугодия 2016 года. Большая часть документов для анализа не годилась: различные постановления и ошибочно введенные в базу приговоры без ст.116 УК РФ.

За I полугодие 2016 г. в анализ вошло 736 приговоров и постановлений о прекращении уголовных дел. За II полугодие 2016 г.293. По нашим оценкам, набранная выборка составляет не менее 50% от всех вынесенных постановлений в указанные промежутки времени в РФ. Эти судебные акты были вынесены в разных регионах РФ, то есть данная выборка отражает ситуацию в стране в целом.


1. Доли побоев в отношении близких и чужих лиц

Побои по ст. 116 УК РФ В отношении близких лиц, % В отношении чужих, %
I полугодие 24% 76%
II полугодие 39% 61%
+15 п.п. -15 п.п.


Как видно из таблицы, доля приговоров по ст. 116, где потерпевшими оказались близкие лица (согласно определению в ст. 116 УК РФ) выросла на 15 п.п. (в процентном отношении на 62%) во II полугодии после криминализации семейных побоев[*]. Приговоров по побоям в отношении чужих стало, соответственно, на 15 п.п. меньше.

Рост побоев в отношении близкого лица на 15 п.п. можно объяснить двумя причинами:

1. С 15 июля 2016 г. дела по побоям в отношении близких лиц перенесены в категорию дел частно-публичного обвинения. Согласно ст. 20 УПК РФ дела частно-публичного обвинения «прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат». Это означает, что близкие лица, которые ранее подавали заявления по побоям мировому судье, а затем по своим семейным причинам отказывались от обвинения близкого, более не имеют возможности прекратить дело за примирением сторон по своему усмотрению. Освобождение виновного от уголовной ответственности возможно только по усмотрению судьи на основании ст. 76.2 УК РФ в обмен на судебный штраф в сумме до 250 000 руб., что не способствует укреплению семейных отношений.
2. Уголовные дела по побоям в отношении близких лиц являются легкораскрываемыми преступлениями из-за того, что преступника не нужно разыскивать. Вполне можно предположить, что этот фактор на руку сотрудникам МВД для повышения статистики раскрываемости преступлений.


  1. Доля побоев в отношении несовершеннолетних близких лиц

Побои по ст. 116 УК РФ В отношении несовершеннолетних близких лиц, %
I полугодие 5,3%
II полугодие 5,5%


Разница в долях побоев в отношении несовершеннолетних близких лиц для I и II полугодий несущественна. Этот показатель не изменился, что означает, что повышение числа приговоров по отношению к близким лицам произошло за счет побоев в отношении совершеннолетних близких лиц.


  1. Доля приговоров по побоям в отношении несовершеннолетних близких лиц в воспитательных целях

Побои по ст. 116 УК РФ В отношении несовершеннолетних близких лиц в воспитательных целях, %
I полугодие 0,14%
II полугодие 1,0%


Так как мы связываем историю с изменением ст. 116 УК РФ с введением в России ювенальных технологий, то представляется необходимым найти приговоры, в которых близкое лицо было осуждено за физические воздействия в воспитательных целях.

Примеры физических воздействий в воспитательных целях можно найти в следующих приговорах:


  1. Отец шлепнул по попе раскапризничавшегося сына щеткой для пыли, в результате чего на попе остался синяк. Экспертиза показала, что психологически это какого-либо вреда ребенку не нанесло. Отец вину признал. Присудили судебный штраф в размере 15 000 руб.;

  2. Подросток в состоянии алкогольного опьянения вернулся поздно домой. На замечание родителей стал хамить, а затем толкнул отца. Отцу пришлось урезонивать подростка физическими методами, в результате чего у сына были обнаружены небольшие ссадины и царапина от цепочки на шее. Отцу присудили исправительные работы на 3 месяца;

  3. Старший брат вернулся из армии и увидел, что его мать не справляется с младшим сыном-хулиганом. После очередной кражи и обострения проблем с учебой старший брат применил к младшему ремень. У младшего брата зафиксировано 7 кровоподтеков на ягодицах и бедре и ссадина на левом плече. Старшему брату присудили 300 часов обязательных работ;

  4. Отец ударил один раз малолетнего сына ремнем по ягодицам из-за того, что тот разбросал игрушки по комнате и не захотел их собирать. Синяков и ссадин у ребенка найдено не было. Отцу присудили штраф 5000 рублей.


Используя статистический метод интервальных оценок для генеральной доли можно найти следующее:
- с уровнем достоверности 80% частота появления приговоров по побоям несовершеннолетних в очевидно воспитательных целях в I полугодии составляет от 0% до 0,3%;
- с уровнем достоверности 80% частота появления приговоров по побоям несовершеннолетних в очевидно воспитательных целях во II полугодии составляет от 0,3% до 1,75%;


Это означает, что во II полугодии с уровнем достоверности 80% доля таких приговоров выросла. Средняя частота появления таких приговоров во II полугодии выше в 6 раз.

Проверяя гипотезу о том, что доля приговоров по побоям несовершеннолетних в очевидно воспитательных целях выросла во II полугодии 2016 года по отношению к  I полугодию, проверена по критерию Фишера и может быть принята на уровне значимости 96%.

Статистические методы фиксируют повышение числа приговоров по побоям в воспитательных целях после вступления в силу новой редакции ст. 116 УК РФ, то есть после криминализации российских семей. Конечно, методы воспитания физическими воздействиями нельзя считать педагогически верными. Но, родительскую общественность волнует, что в стране участились случаи отобрания детей за жестокое обращение по ст. 69 СК РФ. То есть против родителя, применившего один раз физическое воздействие в отношении своего несовершеннолетнего ребенка и понесшего наказание по ст. 116 УК РФ, могут возбуждать дело по лишению родительских прав. Нужны ли стране еще социальные сироты?



  1. Число дел, прекращенных в связи с декриминализацией ст. 116 УК РФ с 15 июля 2016 года

Побои по ст. 116 УК РФ Прекращено в связи с декриминализацией ст. 116 УК РФ с 15 июля 2016 г., %
I полугодие -
II полугодие 24%


В связи с декриминализацией ст. 116 УК РФ с 15 июля 2016 года уголовные дела по побоям, которые были нанесены чужим лицам (в том числе несовершеннолетним) не «из хулиганских побуждений, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы», прекращаются в связи с отсутствием состава преступления. Мы видим, что четверть всех преступников, наносивших побои чужим лицам, избежали уголовного наказания. В то же время, привлечение за побои в отношении близких лиц повысилось на 15 п.п. Очевидна дискриминация по социальному признаку: бить чужих можно, в том числе и детей. При этом у читавших приговоры активистов, создалось впечатление, что в среднем нет разницы по силе побоев по отношению к совершеннолетнему близкому или чужому лицу. Побои по отношению к несовершеннолетним лицам в среднем более легкие, чем побои по отношению к совершеннолетним.


  1. Доля приговоров по ст. 116 УК РФ, в которых обвиняемый совершил преступление в состоянии алкогольного опьянения

Побои по ст. 116 УК РФ Обвиняемый совершил преступление в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, %
I полугодие 50,5%
II полугодие 49%


Алкогольное опьянение обвиняемых при совершении преступления по ст. 116 УК РФ наблюдалось в половине исследованных случаев. Случаи наркотического опьянения также наблюдались, но были единичными. Разница между первым и вторым полугодием несущественна.


  1. Доля приговоров по ст. 116 УК РФ, в которых преступники обвинялись также по другим статьям УК РФ

Побои по ст. 116 УК РФ Обвинение в приговоре также по другим статьям УК РФ, %
I полугодие 70,0%
II полугодие 64,5%


Большая часть 65-70% приговоров содержали другие статьи УК РФ. Это статьи по более тяжким телесным повреждениям, угрозы убийством, умышленные и неосторожные убийства, грабежи, кражи, разбой, хранение оружия, хранение наркотиков и т.д.

То есть чаще всего ст. 116 является сопутствующей. Дело возбуждается по другим статьям и при расследовании присоединяется еще и ст. 116 УК РФ. Поэтому можно предположить, что граждане далеко не всегда обращаются в случае побоев, не повлекших вреда здоровью, если нет других оснований обращаться в правоохранительные органы.

Интересно рассмотреть, если ли какая-то динамика в долях приговоров, где побои совершались в отношении близких лиц.


Приговоры по ст. 116 УК РФ в отношении близких лиц Наличие в приговоре других статей УК РФ, %
I полугодие 71%
II полугодие 59%
-12 п.п.

Мы видим, что во II полугодии доля приговоров по ст. 116 УК РФ, включающих другие статьи, уменьшилась на 12 п.п. То есть на эти 12 п.п. увеличилась доля приговоров чисто по ст. 116 УК РФ, где побоям подверглись близкие лица.

Это можно объяснять точно так же, как и в пункте 1) настоящей статьи:


  1. Невозможность для близких лиц забрать уже поданное заявление в правоохранительные органы;

  2. Заинтересованность правоохранительных органов в увеличении статистики раскрываемости преступлений на таких простых случаях, когда преступника искать не нужно.

Интересно, что доли побоев в отношении несовершеннолетних близких лиц, где в приговорах имелись другие статьи УК РФ, по отношению к полному числу приговоров, в которых имеются другие статьи УК РФ, одинаковы для обоих полугодий и составляют чуть менее 5%.

Выводы


  1. Во II полугодии 2016 года по отношению к I полугодию замечено повышение на 15 п.п. доли приговоров по преступлению, предусмотренному ст. 116 УК РФ, в отношении близких лиц. Повышение произошло за счет приговоров по побоям совершеннолетних близких лиц. На фоне этого 24% (четверть!) обвиняемых, применивших побои по отношению к чужим лицам, не понесли уголовного наказания;

  2. Замечено повышение числа приговоров по преступлениям, предусмотренным ст. 116 УК РФ, где в приговорах очевидна воспитательная цель физических воздействий по отношению к несовершеннолетним близким лицам. Такого повышения как раз и опасалась родительская общественность, когда выступала против новой редакции ст. 116 УК РФ;

  3. Повышение доли приговоров по преступлениям, предусмотренным ст. 116 УК РФ, в отношении близких лиц в целом, а также повышение доли приговоров исключительно по ст. 116 УК РФ (не содержащих других статей в приговоре) в отношении близких лиц, говорят о том, что:

а) стали осуждаться лица, совершившие преступления в отношении близких лиц, на которых потерпевшие подавали заявления в правоохранительные органы. При новой редакции ст. 116 УК РФ забрать заявление стало невозможно, а значит, в дело семьи стало вмешиваться государство.

б) заинтересованность правоохранительных органов в увеличении числа раскрытых преступлений могло сыграть роль, так как в данном случае преступление является легко раскрываемым — преступника искать не нужно.

Половина преступлений, предусмотренных ст. 116 УК РФ, совершается в состоянии алкогольного опьянения. Это означает, что для профилактики данного преступления необходимы регулирование продажи алкоголя, организация системы принудительного лечения от алкоголизма, организация вытрезвителей и лечебно-трудовых профилакториев и т.д.

Анастасия Большакова, РВС,

специально для REGNUM.



[reposted post]Тоталитаризм и доносы. Как пермская ювенальная система ударила по активисту
ювенальная
antismith wrote in rvs
reposted by nihga


Людмила Ёлтышева

[В июле 2019 года общественную жизнь Пермского края буквально взорвал случай, произошедший с известной активисткой, многодетной матерью Людмилой Ёлтышевой. Анонимный донос стал причиной того, что в её квартиру стали пытаться попасть сотрудники органов опеки и попечительства, подразделения по делам несовершеннолетних и даже сотрудники местной больницы. Пермские родители вновь поставили вопрос о «ювенальном терроре» в Пермском крае.]

Ювенальная система, в основе которой лежит защита прав детей (защита прав детей, а не самих детей, чувствуете разницу?) и приоритет этих прав по своей сути является абсолютно тоталитарной и репрессивной. Интересно отметить, что в России её продвигают и внедряют, как правило, те люди, от которых мы слышим бесконечные стенания по поводу процессов 37 и 38 годов XX века в СССР. Они не устают нам рассказывать, что тогда якобы была создана беспрецедентная система доносительства, в рамках которой «стучали» друг на друга буквально все граждане большой страны. И этих людей совершенно не смущает, что сегодня, в 2019 году, они сами создали в России систему, которая вполне переплюнула ту, о которой они рассказывают.

В июле 2019 года общественную жизнь Пермского края буквально взорвал случай, произошедший с известной активисткой, многодетной матерью Людмилой Ёлтышевой. Анонимный донос стал причиной того, что в её квартиру стали пытаться попасть сотрудники органов опеки и попечительства, подразделения по делам несовершеннолетних и даже сотрудники местной больницы. Пермские родители вновь поставили вопрос о «ювенальном терроре» в Пермском крае.

венальная система, в основе которой лежит защита прав детей (защита прав детей, а не самих детей, чувствуете разницу?) и приоритет этих прав по своей сути является абсолютно тоталитарной и репрессивной. Интересно отметить, что в России её продвигают и внедряют, как правило, те люди, от которых мы слышим бесконечные стенания по поводу процессов 37 и 38 годов XX века в СССР. Они не устают нам рассказывать, что тогда якобы была создана беспрецедентная система доносительства, в рамках которой «стучали» друг на друга буквально все граждане большой страны. И этих людей совершенно не смущает, что сегодня, в 2019 году, они сами создали в России систему, которая вполне переплюнула ту, о которой они рассказывают.

В июле 2019 года общественную жизнь Пермского края буквально взорвал случай, произошедший с известной активисткой, многодетной матерью Людмилой Ёлтышевой, которая в основном работает в направлении защиты прав многодетных семей (в мае 2018 года ИА REGNUM опубликовало одно из её видеообращений). На неё написали донос, в результате чего семью общественницы начали атаковать различные службы и организации, являющиеся участниками так называемой системы межведомственного взаимодействия (один из инструментов ювенальной системы). К ней в дом попытались попасть сотрудники органов опеки и попечительства, подразделения по делам несовершеннолетних и даже сотрудники местной больницы.

Мы с Людмилой наблюдали происходящее, что называется, в «режиме онлайн». Вынужден сообщить, что до сих пор ничего не закончилось, адекватности от властей мы не дождались. Мы получили от них такие ответы на наши запросы, которые лишь поставили перед нами новые вопросы. Поэтому считаю, что пришло время рассказать о том, как всё происходило. Сразу отмечу, что многие моменты в повествовании мне придется опустить, поскольку иначе статья получится очень большой.


Пикет протива ювенального террора

Всё началось 3 июля 2019 года. В 14:37 по местному времени на телефон Людмилы поступил звонок от инспектора подразделения по делам несовершеннолетних (ПДН МВД) по микрорайону Левшино г. Перми. Служащая сообщила, что на семью поступил анонимный сигнал, и заявила, что завтра, т. е. 4 июля 2019 года, она придет к Людмиле домой с проверкой жилищно-бытовых условий. Какую-либо информацию о том, от кого поступил донос, она давать отказалась. Людмила на её заявления ответила, что при таких обстоятельствах никого к себе в дом пускать не намерена. Инспектор дала понять, что в этом случае она должна будет сигнализировать об этом, и к семье Людмилы «будут вопросы дальше».

Впоследствии стало известно, что позже инспектор позвонила соседям Людмилы и стала задавать им различные вопросы по поводу того, как живет её семья. Она сообщила им, что в ПДН поступил сигнал, да не абы какой, а о жестоком обращении с детьми.

Инспектор, скорее всего, просто действовала в рамках своих служебных обязанностей и даже не была знакома с текстом доноса. Главные вопросы заключаются в том, что за запрос ей пришел из министерства социального развития Пермского края и почему он пришел именно такой.

Читайте также: На Урале опека проверит семью 15-летней «звезды YouTube» из Краснотурьинска

В этот же день в квартиру Ёлтышевой попытались попасть сотрудники органов опеки и попечительства. В 16:30 в дверь позвонила женщина, представившаяся Черемисовой А.В. Она сказала, что пришла в связи с анонимным обращением граждан, которые сообщили о «ненадлежащем исполнении родительских обязанностей», и заявила, что не обязана говорить о том, от кого поступило это обращение. Когда Людмила отказалась её пускать и спросила, есть ли какие-то к ней ещё вопросы, сотрудница опеки дала вполне прозрачный намек, сказав, что «вопросы будут дальше».

Чуть позже активистка сходила в полицию и прокуратуру, подала заявление по поводу происходящего, а вечером решила задать вопросы в соцсети «ВКонтакте» заместителю министра социального развития Марине Визе. Та сообщила, что на общественницу поступил донос, и была так любезна, что даже скинула файл с его текстом.

Предлагаю всем ознакомиться с этим документом, который достоин отдельного разбора. От него исходит очень специфический «запах» той самой системы тотального доносительства, которую на словах так ненавидят наши любители ювенальной юстиции. Считаю необходимым обратить особое внимание, что этот донос написан весьма специфично. Внимательный читатель заметит, что он не содержит буквально ни одного прямого обвинения, которое можно было бы посчитать разумным поводом для инициации проверки ситуации в семье. Это прекрасно показывает, на что в реальности реагирует пермская ювенальная система. Но об этом позже.


Марина Визе

Марина Визе успокоила Людмилу, сказав, что сотрудники соцслужб зафиксируют, что «они вышли и пояснений не поступило», после чего перестанут её дергать.

Тут следует пояснить, что история в этот же день стала достоянием общественности и буквально взорвала соцсети (в т.ч. на федеральном уровне), в которых её обсуждали всю последующую неделю. Но это мало повлияло на развитие ситуации.

10 июля 2019 года поступил звонок из Городской детской поликлиники №3. Сотрудница поинтересовалась, что с детьми, спросила, почему не делают прививки, посещают ли детский сад или школу. Сказала, что на семью запросили характеристику через больницу. Попросила принести медицинские карты детей. Людмила отказала, опасаясь, что в карты будут внесены изменения. Сказала, что ожидает, когда ей нанесет визит уполномоченный по правам ребенка в Пермском крае (УПР) Светлана Денисова, и до этого момента ничего делать не будет.

На это сотрудница больницы попросила сфотографировать странички с информацией о туберкулинодиагностике (реакция Манту) и БЦЖ.

11 июля она позвонила снова и попросила прийти в больницу с детьми для проведения медосмотра. Людмила тут же предположила, что на самом деле в больнице хотели проверить детей на предмет наличия у них синяков, ссадин и т.п., о которых шла речь в доносе. И стоит отметить, что опасения её были вполне обоснованы, поскольку персонал больницы действительно следует соответствующим инструкциям в связи с различными приказами и регламентами.

Тем не менее Людмила решила посетить с детьми медучреждение. Детей взвесили, измерили их рост. С собой общественница принесла распечатанные ссылки на российские законы, в которых указана добровольность вакцинации. Знакомые сотрудники больницы сообщили активистке, что Леонтьева Э. Б., занимающая должность заместителя главного врача по медицинской части Городской детской поликлиники №3, якобы два дня назад требовала поставить семью на учет в связи с частичным отказом от иммунопрофилактики. Однако ей указали на то, что такого пункта в имеющихся критериях постановки нет. При этом сотрудники медучреждения высказали Людмиле предположение, что, скорее всего, она придерется к тому, что младший ребёнок Ёлтышевых не посещал поликлинику в 2018 году, поскольку ни разу не болел.

Вечером этого же дня, 11 июля 2019 года, сотрудники больницы сообщили Людмиле, что на неё составили характеристику, однако они не уверены в том, что Леонтьева Э.Б. её примет. Они даже смогли предоставить общественнице копию этой характеристики.


Светлана Денисова

15 июля 2019 года в дом к Ёлтышевым приехала уполномоченный по правам детей Светлана Денисова. Во время беседы Людмила спросила её: законно ли на основании непроверенного анонимного доноса проводить проверку с выходом в семью. Денисова на это сказала: «Конечно же да, мы обязаны реагировать на всё». Далее многодетная мать задала вопрос о дальнейшем алгоритме действий соцслужб, она также спросила о том, когда от её семьи отстанут и вызовут ли её на заседание комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав (КДНиЗП). Уполномоченный ответила, что запросы поступают в детсад, школу, поликлинику, и «на этом всё». Уверила, что вызова в КДНиЗП не будет.

Далее произошло нечто совсем интересное. Денисова предложила Людмиле «сотрудничать» и сказала ей, что как представитель общественности Ёлтышева должна донести до этой общественности, что принимать у себя дома представителей опеки и КДН по их прихоти — это нормально. «Вы же понимаете, что ничего в этом страшного нет, и пустите КДН и опеку домой?» — спросила Денисова.

На это Людмила ответила: «Конечно же нет», и попросила передать эти её слова «дальше». Интересное тут заключается в том, что публикация про «нестрашных» КДНиЗП и опеку появилась позже на странице соцсети «ВКонтакте» Ирины Ермаковой — председателя Региональной общественной организации «Многодетные Пермского края», получающей от краевых властей поддержку в виде сотен тысяч рублей. Эту организацию независимая пермская родительская общественность давно считает «общественной ширмой», за которой власти проводят свои манипуляции.


Пикет протива ювенального террора

Также интересно отметить, что УПР Денисова в разговоре сообщила, что, дескать, во властных кругах ходят разговоры, что Людмила якобы сама стала инициатором доноса. Что это такой её пиар-ход, поскольку она собирается выдвигаться на выборы в будущем. Чем, конечно, весьма удивила общественницу.

Как говорится в известном анекдоте: «А это идея!» — подумали дети». Людмила, конечно, ни о чём таком изначально не думала, однако призналась мне, что после произошедшего у неё всё чаще возникают мысли вроде: «А почему бы и нет?».

Примерно через неделю после визита Денисовой, 22 июля 2019 года сотрудники больницы сообщили Ёлтышевой, что, как они и опасались, её характеристику Леонтьева Э.Б. не приняла. И вместо этого отправила в КДНиЗП свою характеристику, и теперь больнице придется её «переделать». Как и предполагалось, поводом для постановки на учет стало то, что ребенок Людмилы в 2018 году ни разу не болел и поэтому не был на приеме у педиатра.


Пикет протива ювенального террора

Вечером этого же дня в дверь позвонила женщина, представившаяся специалистом кабинета медико-социальной помощи больницы. Путаясь в словах и терминах, она сообщила, что семье якобы был присвоен статус группы риска, причем по решению КДНиЗП. Поскольку информация показалась нам сомнительной, Людмила обратилась за разъяснениями и в больницу, и в КДНиЗП. Ответов мы пока не получили.

Ситуация не получила логического завершения, и мы продолжим наблюдать за ней вместе с ИА REGNUM.

Читайте также: «Прекратите преследовать семьи!»: в Перми родители провели пикет

Если подытожить, то что же сделали пермские власти, когда в родительском сообществе поднялась волна негодования в связи с произошедшим?


Пикет протива ювенального террора

Во-первых, они даже и не подумали о том, чтобы извиниться за произошедшее. Наоборот, они привычно напрягли чиновничий аппарат и попытались найти любые формальные зацепки, которые смогли бы оправдать их действия.

Во-вторых, они заявили, что всё было сделано правильно, полностью оправдали как работу всей системы, так и действия всех причастных исполнителей (Донос? А что такого?). Объяснили они это всё, конечно же, необходимостью защиты прав детей. Ответ с именно таким содержанием Людмила получила от УПР Денисовой (его тоже стоит разобрать отдельно).

В-третьих, власти тем самым фактически дали понять, что с этого момента никакой общественный и политический деятель не застрахован и никак не защищен от подобного «ювенального» прессинга. Это и раньше было ясно, тем более что подобные случаи уже были. Но никогда до этого случая в истории современной России об этом не было сказано столь откровенно.


Пикет протива ювенального террора

В-четвертых, уже в который раз через карманных общественников попытались «объяснить» родителям, что они должны с радостью пускать сотрудников соцслужб с инспекцией по первому требованию в свой дом, и так якобы обязан поступать любой родитель. Выглядит это всё, конечно, крайне жалко.

В-пятых, когда буквально обалдевшая от уровня этой наглости родительская общественность Перми начала закономерно переводить тему в политическое поле: задавать неудобные вопросы, проводить пикеты и т.п., власти заявили, что «так нечестно». Нечто подобное изобразил уполномоченный по правам человека в Пермском крае Павел Миков, когда ему однажды задали вопрос про ситуацию с Ёлтышевой.

Ещё надо понимать, что сейчас в Пермском крае сложилась ситуация, когда в действительности многие пермяки то же министерство социального развития просто тихо ненавидят. Такая вот репутация у ведомства. Причем, я уверен, чиновники это чувствуют и понимают, но также уверен, что обвиняют они в этом нас, тех, кто их критикует. Своих проблем они видеть не хотят. Они непогрешимы.


Пикет протива ювенального террора

По поводу случая Людмилы уже выпустили множество статей как местные, так и федеральные СМИ. С моей точки зрения, в них не затрагивается нечто главное. Все смотрят только на сам случай, и авторы кое-что не договаривают до конца. А именно:

— Пермские власти, по сути, открыто признали, что они создают в крае тоталитарную репрессивную ювенальную систему по западному образу. Напомню, что в число основных принципов, на базе которых построена ювенальная система (всего их можно выделить около шести), входят принцип тотального контроля над всеми сферами жизни семьи и принцип презумпции виновности родителей в нарушении прав детей. Права эти тут выступают в качестве очень удобного предлога, даже если противоречат действительным интересам несовершеннолетних.


Пикет протива ювенального террора

— Они также дали понять, что она может и будет использована в общественно-политической борьбе, и что для этого достаточно незначительного повода.

Любой может прочитать текст доноса на Людмилу Ёлтышеву и убедиться в том, что ювенальная система среагировала просто из-за самого факта поступления доноса, а не по причине того, что в нём была изложена какая-то информация, требующая от служб реагирования.

По этому поводу очень метко высказался мой коллега Александр Коваленин: «Нет повода для реагирования. Если придёт донос, что в квартире N шоколадки кушают, нормальный человек же не пойдёт в квартиру с проверкой».

Но случай как раз и показывает, что выстроенная в Пермском крае за последние 11 лет тоталитарная бюрократическая ювенальная система в содержании подобных доносов разбираться даже не собирается, она готова лишь реагировать. И понятно, почему. Потому что перед ней стоит задача «раннего выявления» (т.е. когда ещё ничего не случилось) «детского и семейного неблагополучия». Как можно видеть, даже «уполномоченные по правам» ничтоже сумняшеся заявляют, что система «обязана реагировать на всё». Это, как говорится, «приплыли».

Читайте ранее в этом сюжете: Новая «ювенальщина» в Пермском крае: над семьёй издеваются около полугода

Алексей Мазуров, РВС